Мое свидетельство

Апостол Иоанн сказал: «О том, что мы видели и слышали, возвещаем вам, чтобы и вы имели общение с нами» (1-е Иоанна, 1:3). Свидетельство о личном опыте является лучшей помощью, которую можно оказать своим братьям. В этом случае можно рассказать то, что каждый знает по опыту и что не является теорией. Поэтому я хочу рассказать, как действовало Евангелие в моей жизни, что должно убедить читателя в том, что речь идет о пройденном и проверенном пути, который ведет к успеху. Кроме того, во всех частях мира есть люди, которые слышали эту историю и тоже могут дать подобное свидетельство об успехе вести.

В 1953 году я стал учителем в миссионерском колледже, а через год меня выбрали пресвитером общины. Я любил церковь и активно участвовал в ее мероприятиях. Я понимал и любил также ее учение и серьезно и с восторгом проповедовал ее весть. Я был полностью уверен в своем спасении и изо дня в день жил с надеждой на вечную жизнь.

Но несмотря на то, что я пользовался уважением и вел порядочную жизнь, у меня самого были проблемы, с которыми я не мог справиться. Я давал уроки по столярному делу и, по всей видимости, на мой предмет были записаны все мальчики, которые не справлялись с теоретическими предметами. Некоторые из них становились все более неуправляемыми, не хотели ничего учить, и в конце концов класс стал местом для ежедневных стычек. С одной стороны был я с моими усилиями их чему-то научить, с другой стороны стояли они с их сопротивлением чему-то научиться.

Я должен признать, мое терпение достигло предела, и мой гнев вылился на этих учеников. Иногда я, казалось, бил бы их головой о стену. Но что-то удерживало меня. Мне нужно было беречь свою хорошую репутацию, и я не хотел подвергнуться критике школьного руководства. Итак, я держал свой гнев в узде и владел собой настолько, что по моему поведению никто ничего не замечал.

Если сильно разогреть паровой котел и закрутить его вентили, возникнет давление, которое котел может выдерживать долгое время, но давление постоян-но увеличивается. Если вовремя прекратить нагрев, то давление упадет прежде, чем произойдет взрыв. Но если разогревать котел снова, то наступит момент, когда он лопнет. Чем дольше он выдерживает растущее давление, тем сильнее будет взрыв.

Так было и со мной. В течение недели мой гнев под давлением искушения становился день ото дня больше. Но я закрутил все вентили так, что ничего не выходило наружу. Однако, гнев был по-прежнему тут и в какой-то момент неизбежно происходил взрыв ярости. Чем дольше я выдерживал давление, тем страшнее был взрыв. Это случалось обычно в конце недели, когда я был дома. Совершенно незаслуженно моя жена и дети становились жертвами, пожинающими плоды гнева, вызванного другими.

После того, как все жестокие слова бывали сказаны и весь пар выпущен, я чувствовал себя виноватым и глубоко раскаивался. Я шел к Господу, просил прощения и клялся с полной серьезностью, что никогда больше не буду делать ничего подобного. После этого ко мне возвращалась уверенность, и я приходил в класс с твердыми намерениями, но вся драма повторялась сначала. Снова поведение учеников возбуждало мой гнев. Снова я закручивал все вентили. Снова увеличивалось давление, и снова происходил взрыв, следовало раскаяние, просьба о прощении и — новое поражение.

Я делал попытку и срывался, грешил и каялся, грешил и каялся — снова и снова. Без сомнения, это был опыт седьмой главы Римлянам. Я больше не понимал сам себя, а Послание к Римлянам было для меня самой тяжелой для понимания книгой во всей Библии. Я искал ответа. Я слушал других проповедников, чтобы узнать, что они могут сказать по этому поводу. Но повсюду даже самые ведущие члены церкви, очевидно, имели такой же печальный опыт, как и я. Наконец, я придумал себе философию, которая меня успокаивала и с помощью которой я мог объяснить себе мой путь, как путь спасенного. Я говорил себе: я серьезен и честен и пытаюсь делать все возможное. В великий день суда Христос, конечно, скажет: «Этот человек делал все, что было в его силах, даже если он и вел грешную жизнь. Мы хотим простить его, он получит свое место в Царстве Божьем».

Но однажды я встретил молодого человека, который был весь переполнен новым опытом освобождения и, воодушевленный, хотел об этом рассказать. Сначала мне показалось, что он говорит на другом языке, потому что он рассказывал об опыте и о жизни, которых я не знал.

Потом вдруг он прямо спросил меня: «Знаешь ли ты, что это значит — изо дня в день побеждать каждый явный грех?»

На это я только недоверчиво рассмеялся. «Уже 10 лет я пытаюсь вести такую жизнь, — сказал я. Никто не просил и не молился об этом больше меня. До сих пор я не встречал человека, у которого есть на это ответ. Я могу лишь каждый день пытаться делать все возможное, а вечером просить прощения за мой грех. Я верю, что Бог меня простит, и в день воскресения признает, что я делал все, что в моих силах. Поэтому я верю, что буду спасен».

Я никогда не забуду его реакции. Он не сказал этого словами, но выражение его глаз четко поведало мне: «Брат, тебе нужна помощь, и срочно!» Эта невысказанная весть произвела на меня глубокое впечатление, и когда он спросил меня, не может ли он дать урок Библии по этой теме, я с готовностью согласился, и мы договорились с ним о времени.

Я думаю, это было самое необыкновенное занятие, которое я когда-либо пережил. Он прочитал текст из Библии и сделал паузу, перед тем как объяснить его; но, казалось, у него не хватает слов, и чтобы скрыть смущение, он перешел к следующему тексту. Таким образом продолжалось и далее, и в конце концов оказалось, что занятие состояло только из текстов Биб-лии. Я тщательно записал их.

Когда он закончил, я привел ему свои контраргументы, и тогда он ушел. Естественно, он был разочарован и уверен в том, что не имело смысла излагать мне его весть об освобождении.

Однако, в последующие дни сила тех же библейс-ких слов оказывала воздействие на мое сердце. Я не мог еще составить себе ясную картину. Все было размыто, и я вспомнил о слепом, который начал прозревать: «Он, взглянув, сказал: вижу проходящих людей, как деревья» (Марка, 8:24).

Через четыре дня, в среду после обеда, во время рабочего перерыва я зашел домой. Со списком текстов Библии я присел и прочитал их один за другим: «Грех не должен над вами господствовать»; «Благодарение Богу, даровавшему нам победу Господом нашим Иисусом Христом»; «Могущему же соблюсти вас от падения» (Римлянам, 6:14; 1-е Коринфянам, 15:57; Иуды, 24).

Я задумчиво и медленно читал эти цитаты, чтобы их значение стало мне понятным. Я знаю, что Святой Дух был со мной, чтобы раскрыть Слово правды. Когда я прочитал примерно третью часть текстов, у меня возникло потрясающее убеждение. До этого момента я думал, что не могу жить без греха. И вдруг с пугающей ясностью я осознал, что означала эта точка зрения. Если я верил, что должен грешить каждый день, значит я, собственно говоря, верил в то, что сатана сильнее Христа и грех сильнее праведности. В тот же момент мне стало ясно, что моя жизнь была свидетельством не силы Божьей, а силы сатаны. Тот факт, что я называл себя сыном Божьим и занимал уважаемое место в общине, делал это свидетельство лишь еще более действенным для дела сатаны.

Теперь Дух Божий мог, наконец, начинать свою работу. Все, на что опиралась моя вера в то, что я — сын Божий, оказалось вдруг выбитым из-под моих ног — мое знание Библии, мое рвение, мое положение, моя любовь к истине, как я понимал их до сих пор. Все это не давало мне больше уверенности. Я увидел себя таким, каким видел меня Бог: без оснований на надежду и полностью погибшим. Меня охватила тьма ужасного отчаяния, тьма ужасного прозрения, что я не буду участвовать в воскресении праведных. Это был самый черный и страшный момент в моей жизни, и я хорошо могу понять, что должны чувствовать нечестивые, когда они будут толпиться вокруг града Божьего и поймут, что погибли навсегда.

Господь дал мне — я не знаю как — непоколебимую честность сознаться себе, что это было правдой. Я не отшатнулся от этого открытия и не воспользовался аргументом, что я был пресвитером общины, учителем и проповедником, который прекрасно разбирался в Библии, пользовался уважением и самоотверженно и честно ратовал за дело правды. За эту откровенность я глубоко благодарен Господу и хотел бы довести до каждого читателя, чтобы он таким же образом познавал и принимал откровения Господа, когда наступит страшный час правды. Подавлять убеждения Святого Духа — значит закрывать дверь для каждого последующего дела благодати, а это имеет роковые последствия для вечности.

Господь никогда не наносит ран, не исцеляя их. В тот же самый миг, в который я увидел себя безнадежно погибшим грешником и признал это моим истинным состоянием, Господь открыл мне обетования в таком свете, в каком я их прежде не видел. Словно эти обетования были написаны лично для меня одного. Живая вера наполнила мое сердце, когда я осознал силу живого Слова. Я упал на колени и молился новой молитвой первый раз в моей жизни. «Господи, я вижу теперь, что мои трудности заключаются не в том, что я делаю, а в том, что я есть. Злая жизнь во мне — вот источник проблемы. Как болезнь владеет она моим телом, так что то, что хочу делать и признаю правильным, не могу делать. Вот эта старая жизнь! Возьми ее у меня и дай вместо нее жизнь новую. Господи, я благодарю Тебя за это во имя Спасителя Иисуса. Аминь».

Потом я поднялся. Все мое существо было переполнено сознанием, что я пережил новое рождение. Это не было чувство. Я чувствовал себя не иначе, чем прежде. Это было убеждение. Это было свидетельство веры, которая опиралась на Слово Божье. Это была та же уверенность, заставившая царедворца не спешить с возвращением домой, ибо он знал, что сын его излечен. Ему не надо было спешить домой, чтобы удостовериться в этом, потому что он знал, что так оно и есть. Точно так же и я знал в тот момент, что я был исцелен. Видимое доказательство пришло позже, как было и в случае с царедворцем.

В то время у нас был старый непредсказуемый автомобиль, на котором моя жена часто ездила в город, хотя не всегда удавалось вернуться на нем обратно. В этом случае она звонила мне, чтобы сказать, что у нее неполадки с автомобилем и просила помочь. Иногда для меня это было совсем некстати, потому что я должен был прерывать свою работу, и до моего освобождения я в таких случаях бывал совершенно несдержанным и высказывал это своей жене в обидных и поспешных словах. Все эти проблемы поставили наш брак на грань разрыва. Когда все проходило, я очень сожалел о своем поведении, раскаивался в нем и решительно настраивался на то, что впредь такое не повторится. Я и теперь вспоминаю об этом случае, когда в очередной раз раздался такой звонок. Я помнил о своем решении оставаться терпеливым и спокойным. Несколько минут все шло хорошо. Потом из моих рук выскользнул гаечный ключ, и я ударил себя по пальцу. Гнев поднялся во мне, и тут произошел обычный взрыв ярости. Я огорченно подумал, что все это не имеет смысла. Разбитый, притихший и неспособный понять самого себя, я поехал домой.

Когда пришел день моего освобождения, я внутренне чувствовал себя как обычно. Я не ощущал и какого-то особенного давления. Огонь под котлом погас, потому что у школьников были каникулы, я проводил день за днем за работой в счастливом удовлетворении. Однажды в пятницу после обеда моя жена уехала и позвонила мне из местечка в четырех километрах от нас, так как машина снова поломалась.

Я собрался как можно быстрее, ни секунды не раздумывая о том, как я поведу себя. После того, как я некоторое время безуспешно пытался завести машину, я отправил жену домой с одним из соседей, который как раз проезжал мимо. Нашу машину в конце концов пришлось отбуксировать. Потом я вернулся домой, поужинал и мы пошли на богослужение в молитвенный дом. После богослужения легли спать.

Я почти заснул, когда жена, до этого спокойно и задумчиво лежавшая рядом, вдруг сказала: «Что с тобой случилось?»

Я не понял, что она имела в виду и попросил ее объяснить.

На это она ответила: «С тобой что-то произошло, и я хочу знать что».

Снова я сказал ей, что не знаю, о чем она говорит, и еще раз попросил ее объяснения.

«Когда я сегодня после обеда ждала тебя у машины, я была готова к твоим обычным несправедливым обвинениям. Но вместо этого ты сделал, что мог и отправил меня домой. Я была рада уйти, но сказала себе, что большая гроза ждет меня, конечно, дома. Но ты вернулся домой и ничего не сказал. Я подумала, что после ужина этого уж точно не миновать, а ты оставался тихим и миролюбивым. Тогда я решила, что в этот раз ты действительно хорошо владеешь собой, и что мне надо ждать взрыва, когда мы вернемся с богослужения и ляжем спать. Но и теперь до этого не дошло. Что-то с тобой все-таки произошло и мне бы хотелось знать что».

Только теперь я получил зримое доказательство великой перемены, произошедшей во мне. Я вдруг осознал, что во время всего этого происшествия вел себя как человек, которым я теперь был, точно так же, как ранее до этого я поступал как человек, которым я был раньше. В то время как я до моего освобождения естественно реагировал нетерпением и злостью, так теперь моей реакцией были спокойствие и терпение.

Пораженный этим чудом, я не мог найти слов, чтобы ответить жене, в то время как в моем сердце звучало: «Это — Господа, и есть дивно в очах наших» (Псалом, 117:23).

Дорогой читатель, когда ты достигнешь момента, в который ты узнаешь, что чудесное преображение в тебе свершилось, и ты узришь его влияние в том, что на жизнь ты реагируешь совершенно по-другому, ты узнаешь и поймешь, что испытал я в тот момент. Самое малое, что я могу сказать — это было чудесное и благословенное мгновение.

С тех пор прошло много лет, и я благодарен за эти годы, когда сила этой истины испытывалась в жизненных битвах. К сожалению, я не могу признать, что за это время я больше не согрешил, но я рад подтвердить тот неоценимый факт, что весть по-прежнему действенна, как и тогда. Если я грешил, то в этом была моя собственная вина, потому что мне не хватало веры, потому что я пренебрегал поддержанием моей связи с силой Божьей, или по какой-то подобной причине. Никогда причиной неудачи не была истина Божья.

Однако, моя жизнь после обращения стала совсем иной, чем в дни моих поражений. Раньше на протяжении многих лет повторялись одни и те же самые битвы с теми же грехами, и я не мог выйти из этого круговорота, в котором человек совершает одни и те же грехи и исповедуется в них. Теперь с этим было покончено. В то же время дело победы распространяется на новые сферы, чем больше прибавляется света. Послание к Римлянам не является для меня более тайной. Мне радостно теперь читать его, потому что я знаю, о чем говорит Павел.