Господняя Вечеря

Дата проповіді: 
2012-12-29

Когда мы чувствуем прощающую любовь Бога, ми будем смиренно ходить с Ним, действовать справедливо и любить дела милосердия. Мы можем воодушевить других поступать так же, молясь за них. Церковь, которая ревностно стремится спасать души, будет молящейся, верующей и получающей благословения церковью.

Занятие провел Андреас Дура

 

Добро пожаловать на наше вечернее служение причастия. Я бы хотел начать словами из книги Михея 6. «О человек! Сказано тебе, что – добро и чего требует от тебя Господь: действовать справедливо, любить дела милосердия и смиренномудренно ходить пред Богом твоим» (Михея 6:8).

Требования Господа, переданные Им через пророка, очень, очень простые — их всего несколько.

Действуй справедливо.

Люби дела милосердия.

И смиренно ходи с Богом.

Евангелие очень упрощает жизненные проблемы. Мы склонны думать, что следовать за Богом означает принять сложную систему доктрин. Есть религии, которые требуют множество посвящений и обрядов, пока вы не достигнете уровня просветления, но с Богом все просто. Действуй справедливо. Люби дела милосердия. И смиренно ходи с Богом. Ничего большего Он не требует.

В Нагорной проповеди Он тоже преподал эти требования очень просто, как и в Десяти Заповедях. Это все одно и то же.

Затем Иисус спросил, в чем суть Десяти Заповедей, и вы знаете, что это любить Господа всем своим сердцем, разумом и душой, и ближнего своего как самого себя. Опять же — очень просто.

Это настолько просто, что мы можем с уверенностью сказать, что человек, у которого в жизни есть то, что здесь описано, — Божье дитя. Нам не нужен никакой сертификат, ни хорошее знание доктрин. Нам нужно только это.

Я не говорю, что откровения истины, которые дал Бог и которые сформулированы в доктринах, ничего не стоят. Дело в том, что их суть содержится в этих простых принципах, и ничего более. Есть люди, которые даже не знают этих доктрин или религиозной истории, и все же они действуют справедливо, любят дела милосердия и смиренно ходят с Богом.

Давайте не относиться к себе с таким самомнением и не считать, что так как у нас есть особое познание истины для нашего времени, то мы представляем из себя нечто особенное. Мы имеем преимущество, это правда, но мы не особенные. Мы по-прежнему обязаны делать только эти три вещи: действовать справедливо, любить дела милосердия и смиренно ходить с Богом.

Это может исходить только от сердца.

Вспомните наше занятие о Джоне Ньютоне, который был работорговцем, жил безбожной жизнью, и как его сердце по-настоящему изменилось. После обращения он не гордился своим прошлым, но и не забывал его. Он всегда помнил, что был работорговцем, и никогда не забывал тех людей, которых он так жестоко угнетал, — людей, которые принадлежали Богу, а не человеку. Джон Ньютон ненавидел себя за это.

Но, ненавидя себя, он в то же время не поддался чувству собственного недостоинства и не думал, что ему уже ничего не изменить. Нет. Он был глубоко признателен за всепрощающую любовь Бога. Это имело такое влияние на других людей, что они приглашали его говорить об этом. В те дни люди искали хороших ораторов, потому что во многих церквях не было ни одного. У них были обученные пастора, которые знали обряды и доктрины, но им не хватало жизни. Но когда они видели Ньютона, то видели эту жизнь в нем. Они хотели, чтобы он рассказал им, потому что он говорил о реальности, о том, чем он обладал.

Он был справедливым, любил дела милосердия и смиренно ходил с Богом.

Ходим мы смиренно с Господом или нет — это может быть мерилом, показывающим, насколько мы близки к Нему. Ходить смиренно с Ним означает всегда помнить, от чего Он нас спас, и всегда ценить это. Память об этом и признательность наполнят сердце и уста песней. Иисус часто пел во время Своей работы, и таким образом воодушевлял других. Но мы можем петь в своих сердцах, и именно это означает ходить смиренно с Богом. Это побуждает нас действовать справедливо и любить дела милосердия.

Я бы хотел прочитать два опыта людей, которые смиренно ходили с Богом. Первый - о Петре. Давайте прочитаем из книги Деяния апостолов, с. [537]. Речь идет о последних днях жизни Петра. «Петр, будучи иудеем и чужеземцем, был приговорен к бичеванию и распятию. Перед лицом страшной смерти апостол вспомнил свой великий грех отречения от Иисуса в трудный для Него час».

Уже один этот факт является удивительным. О чем он бы мог думать в это время? Что было бы естественным? Не о той ли несправедливости, от которой он страдает? Он на самом деле не сделал ничего плохого, кроме проповеди Христа, что является вопросом веры. Римские власти не имели права судить что-либо в вопросах веры, тем более, что они называли свое правительство толерантным. Они утверждали, что не вмешиваются в вопросы религии. Рим был цивилизованным обществом, во всяком случае, они сами так думали, но преследование христиан показало нечто иное. Если бы вы захотели, то могли бы найти в Риме много зла. Но о чем думал Петр? Мысль о несправедливости Рима даже не приходила ему в голову. Я считаю это удивительным.

Однажды я был в ситуации, когда думал, что власти были несправедливы по отношению ко мне лично. Иногда я думаю, что они несправедливы по отношению к другим, например, когда мы приглашаем друзей в Германию, а им отказывают в визе. Это заставляет меня думать, что власть имеет предрассудки. Они могли бы позволить себе быть немного более терпимыми и снисходительным, так как мы здесь достаточно богаты. Им не нужно бояться гостей. Так я думаю, и даже если эти мысли и не являются ошибочными, Петр все равно не думал в этом направлении. В его разуме не было места для таких мыслей.

Петр был приговорен к смерти как еврей и иностранец. Подумайте об этом. Евреи были людьми, особо призванные Богом. В те времена, как и сегодня, на Востоке был неписанный закон, что иностранец является почетным гостем. К ним следовало относиться с большим уважением, даже если они были вашими врагами. То, как отнеслись к Петру, было несправедливо, но он не думал об этом. Еще он мог думать о тех, кого оставил в этом мире. Он мог жалеть себя, что было бы по-человечески понятно. Но опять же, это не приходило ему на ум.

Его мысли были полностью заняты чем-то другим. Чем же?

«Перед лицом страшной смерти апостол вспомнил свой великий грех отречения от Иисуса в трудный для Него час». Это единственное, о чем он думал.

«Но если раньше он не был готов принять крест, то теперь почел за радость отдать на нем свою жизнь за Евангелие, полагая лишь, что для него слишком большая честь умереть так, как умер его Учитель, от Которого он некогда отрекся. Петр искренно раскаялся в своем грехе и был прощен Христом; об этом говорит тот факт, что Христос возложил на него высокую ответственность: пасти овец и агнцев стада. Но сам он не мог забыть этого поступка [в оригинале: не мог простить себя за этот поступок — прим. перев.]» (Деяния апостолов, с. [537.3]).

Обычно, когда человек не может простить себя, он также не может прощать и других. С такой закономерностью вы можете познакомиться на уроках психологии, и в этом есть доля истины. Но Петр не прощал себя немного по-другому. Он не мог простить себя, но он знал, что был прощен. Это нечто иное. Обычно человек, который не может простить себя, не может и принять прощение от другого человека. Они также не могут понять, что Бог простил их. Если они так не могут простить себя, то остаются ожесточенными и одинокими людьми.

С Петром такого не было. Он знал, что Христос простил его, но он не мог простить себя. Это не противоречие. Вовсе нет. Он всегда осознавал свой грех и смиренно ходил перед Богом. Вот, что сделало его таким сильным. Вот, что прогнало все остальные мысли, о которых он мог думать в это время, особенно мысли о своем несчастном положении и о проявленной несправедливости. Если подумать, то мысли о несправедливости — это на самом деле жалость к себе.

«Даже мысль о страшных муках, ожидавших его, не притупила остроту его переживаний и раскаяния. И он попросил своих палачей о последней милости — пригвоздить его ко кресту вниз головой. Эта просьба была удовлетворена. Так умер великий апостол Петр» (Деяния апостолов, с. [537.3]).

Это очень простое сообщение об опыте Петра. В Духе пророчества не представлены драматические описания его последних мыслей и подробности последних минут его жизни. Все показано простыми словами. «И он попросил своих палачей о последней милости — пригвоздить его ко кресту вниз головой». Полностью лишено драматизма. Здесь нет никакого материала для драматического кружка. И не без оснований. Мы не должны из этого делать драму. Мы должны следовать его примеру, то есть всегда помнить, от чего мы были спасены.

Другой пример, о котором я бы хотел прочитать, — о Павле в 1 Коринфянам 15. «Ибо я наименьший из апостолов и недостоин называться апостолом, потому что гнал Церковь Божию. Но благодатию Божией есмь то, что есмь; и благодать Его во мне не была тщетна...» (1 Коринфянам 15:9, 10).

Послания Павла интересны. С одной стороны, он описывает свое апостольство, как ни чем не меньшее, чем апостолов, но с другой он говорит, что он — наименьший из апостолов. Является ли это противоречием? Конечно, нет!

Когда это шло на пользу церкви, он представлял свое апостольство во всем авторитете, которым его наделил Бог. Ради них было необходимо, чтобы он занял четкую позицию. Но когда речь шла о нем самом, он думал только о своей недостойности. Подобно Петру, Павел не мог простить себя. Он не оправдывал себя обстоятельствами, рвением и хорошими намерениями, когда преследовал Божью церковь. Он мог бы описать свои хорошие мотивы и даже не использовать слово «гонение», а сказать, что он ревностно боролся против ереси и еретиков. «Сегодня я тоже ревностно борюсь с ересью, но сейчас уже против других людей. Раньше это были христиане, а теперь — язычники. У меня то же рвение, что и перед этим, те же самые мотивы, сейчас они только по-другому выражены». Но не такими были слова апостола. «Я недостоин, — говорил он, — потому что я преследовал Божью церковь». Он назвал это по имени, очень неприятному имени: преследование.

Сказали бы вы: «Я преследовал церковь» или «Я преследовал вас»? Сказали бы вы так, или же предпочли бы сформулировать это более мягкими словами, более приемлемыми для себя и других?

Павел абсолютно не щадил себя. Говоря о себе, он был откровенен, прям и резок. «Я преследовал церковь. Такова правда обо мне». Я «недостоин называться апостолом, потому что гнал Церковь Божию. Но благодатию Божией есмь то, что есмь; и благодать Его во мне не была тщетна, но я более всех их потрудился: не я, впрочем, а благодать Божия, которая со мной. Итак, я ли, они ли – мы так проповедуем, и вы так уверовали» (1 Коринфянам 15:9—11).

Фактически, он говорит: «Это ради вас. Если бы речь шла обо мне, то я не могу простить себя. Я не достоин этой работы, но так как Бог вас любит, и я люблю вас, я исполняю работу, к которой Бог меня призвал, хотя я и не достоин называться апостолом».

И снова мы встречаемся с человеком, который не простил себя, но он знал, что его простил Бог. Он смиренно ходил с Богом.

Как мы можем воодушевить друг друга любить дела милосердия, действовать справедливо и смиренно ходить с Богом? Молясь друг за друга. Когда мы читаем книгу Деяния апостолов или Деяния из Библии, мы видим, что церковь часто была вместе и молилась друг за друга.

Я бы хотел прочитать одну историю, в которой описан подобный момент. Она находится в Деяниях 12. Это было время суровых гонений на церковь, чего нет в наши дни. Нам тяжело понять, что церковь пережила в те дни, но мы можем попробовать представить себя на их месте. «В то время царь Ирод поднял руку на некоторых из принадлежавших к церкви, чтобы сделать им зло» (Деяния 12:1). Ирод был светским правителем, почему же он тогда взялся за религию? В этом случае он хотел ублажить иудеев.

«И убил Иакова, брата Иоанна, мечом. [Первый христианский мученик.] Видя же, что это приятно иудеям, вслед за тем взял и Петра, [Это союз церкви и государства, где государство угождает церкви.] – тогда были дни опресноков, – и, задержав его, посадил в темницу, и приказал четырем четверицам воинов стеречь его, намереваясь после Пасхи вывести его к народу» (Деяния 12:2-4).

Можете ли вы представить, как после казни Иакова церковь сильно переживала, что казнят и Петра? Христиан было много, но мало кто имел такой близкий опыт с Христом, как эти двое. Было всего лишь одиннадцать учеников, из которых Иакова уже не было в живых, а еще один был в тюрьме. Я не знаю, где были в это время остальные ученики, но если бы их всех уничтожили, что бы случилось с церковью? Каким было бы тогда руководство? Для церкви это было тяжелое время.

«Итак, Петра стерегли в темнице, между тем церковь прилежно молилась о нем Богу» (Деяния 12:5). Эти слова сильно тронули меня: «церковь прилежно молилась о нем Богу».

«Когда же Ирод хотел вывести его, в ту ночь Петр спал между двумя воинами, скованный двумя цепями, и стражи у дверей стерегли темницу. И вот ангел Господен предстал, и свет осиял темницу. Ангел, толкнув Петра в бок, разбудил его и сказал: «Встань скорее». И цепи упали с рук его» (Деяния 12:6, 7).

Мы не знаем, что бы сделал Бог ради Петра, если бы церковь не молилась, но ясно одно — молитвы церкви в тот момент приблизили их к Богу. Вы можете сказать, что тюремное заключение Петра не ослабило церковь, а послужило ей тем, что через молитвы она стала ближе к Богу.

Если бы мы осознавали реальность того, как сатана воюет за души, я думаю, мы бы чувствовали себя сегодня так же, как и церковь тогда. Нам необходимо вместе молиться! Постоянная молитва. Постоянная!

Что такое постоянная молитва?

Я не знаю, была ли у них молитвенная цепочка или как они это делали, но они не успокаивались. Они не говорили: «Посмотрим, что будет завтра», и шли ложиться спать. Нет! Они чувствовали, что им необходимо молиться в эту ночь, и именно в эту ночь ангел освободил Петра. Когда Петр вышел из тюрьмы, он пошел к дому одного из членов церкви, и нашел их молящимися. «И, осмотревшись, пришел к дому Марии, матери Иоанна, называемого Марком, где многие собрались и молились. [Молились!] Когда же Петр постучался у ворот, то вышла послушать служанка по имени Рода и, узнав голос Петра, от радости не отворила ворот, но, вбежав, объявила, что Петр стоит у ворот. А те сказали ей: «В своем ли ты уме?»» (Деяния 12:12-15). Девушка не подумала, чтобы отворить ворота, а другие не могли поверить ее рассказу, что очень интересно, но Петр продолжал стучать, пока они не открыли дверь.

«Между тем Петр продолжал стучать. Когда же отворили, то увидели его и изумились. Он же, дав знак рукой, чтобы молчали, рассказал им, как Господь вывел его из темницы, и сказал: «Уведомьте об этом Иакова [брата Христа] и братьев». Потом, выйдя, пошел в другое место. При наступлении дня среди воинов поднялась большая тревога: что сделалось с Петром? Ирод же, поискав его и не найдя, судил стражей и велел казнить их. Потом он отправился из Иудеи в Кесарию и там оставался» (Деяния 12:16-19).

Эта церковь была молящейся церковью. Я мог бы также сказать о том, как они молились о позднем дожде. Они молились вместе ежедневно в храме, потому что они чувствовали нужду в том, чтобы молиться друг за друга.

Я бы хотел прочитать из Свидетельств для проповедников, с. [205]. «Когда мы заняты серьезной работой, используя свои способности, Бог открывается нам и дает нам благодать на благодать». Благодать на благодать — это поздний дождь. Когда Бог дает его нам? Когда мы заняты серьезной работой. Что такое серьезная работа? Следующее предложение начинается со слов «Церковь, которая трудится ...». Это церковь, которая делает серьезную работу. Нам нужно спросить себя, являемся ли мы церковью, которая трудится? Конечно, да, ведь мы делаем так много всего. У нас есть ресторан. У нас есть школа. Мы продаем продукты. Мы производим продукты. Мы занимаемся исследованиями и разработками. У нас есть медицинская клиника. Мы делаем много работы, не так ли? Но считается ли это? Как Бог на все это смотрит? Здесь дано описание трудящейся церкви: «Церковь, которая трудится, переживая за спасение людей ...». Это означает, что не имеет значения, сколько всего мы делаем. Это не так важно. Вопрос в том, являемся ли мы церковью, которая трудится, переживая за спасение людей?

Что значит «переживать за спасение людей»?

Это означает тосковать по этим душам. Это означает страстно желать их освобождения. Это подобно тому, когда Петр был в тюрьме, множество людей ревностно молились о его освобождении. Это означает видеть людей в узах и жаждать для них свободы. Переживание означает сильное бремя, страдание за кого-то.

«Церковь, которая трудится, переживая за спасение людей, будет молящейся...». Здесь не говорится «должна быть молящейся» церковью. Она будет молящейся.

Что значит, когда церковь не является молящейся церковью? Поскольку нет в тюрьме Петра, нам не нужно молиться. Правильно? Когда Петр на свободе, нет нужды молиться. Правильно? Иаков еще не обезглавлен, и апостолы все еще живы, за что же молиться? Есть ли причина для молитвы?

Когда мы увидим заключенных в узах, мы почувствуем нужду в молитве.

«Церковь, которая трудится, переживая за спасение людей, будет молящейся...».

Мы должны задать себе вопрос: насколько мы переживаем за спасение людей?

«Церковь, которая трудится, переживая за спасение людей, будет молящейся...», но не только молящейся. Здесь еще сказано «... верующей, принимающей благословения Церковью». Вот три характеристики: молящаяся церковь, верующая церковь, принимающая благословения церковь.

Когда мы молимся Богу, это не значит, что мы молимся невидимому Существу, и неизвестно, слышит Он наши молитвы или нет. Мы не ставим себе «галочку», говоря: «Главное, что мы сказали это». Мы составили список людей, за которых нужно молиться, это все. Затем мы склонны забыть о них, а через неделю сказать: «Да, мы уже за него молились». А еще через две недели: «Да, мы молились за него». А через три недели — уже нет молитв. И вдруг это человек обращается, а мы поднимаем взор и говорим: «Какая неожиданность!» Это ли молящаяся церковь?

Бог по-прежнему будет отвечать на наши молитвы, хотя они на самом деле и не обращены к Нему. Он по-прежнему работает, и очень часто Его работа становится для нас неожиданностью, но это потому, что мы не работаем ради этих душ вместе с Богом. Тогда мы говорим: "О, это хорошо".

Мы хотели бы видеть больше чудес, не так ли? Но чудеса Бог не делает без нас. Чудеса являются результатом совместных усилий Бога и нас, а наша часть — это молитва.

Позвольте мне прочитать это снова. «Церковь, которая трудится, переживая за спасение людей, будет молящейся, верующей, принимающей благословения Церковью». Это означает, что мы молимся за кого-то, мы также верим, и когда мы верим, мы также получаем. Только тогда, когда есть все эти три элемента — молитва, вера и принятие, — только тогда работа совершена, а никак не ранее. Только тогда мы являемся церковью, которая трудится, переживая за спасение людей.

Позвольте мне сказать это снова. Церковь, переживающая за спасение людей, это не церковь, которая собирает вместе список просьб, приносит их Богу и там оставляет. Трудящаяся церковь, переживающая за спасение людей — это молящаяся, верующая и принимающая благословения церковь. Так мы можем узнать, являемся ли мы трудящейся церковью.

«Церковь, члены которой, стоя на коленях, молят Бога о Его милости и ежедневно ищут Его, является Церковью, питающейся хлебом жизни и пьющей воду жизни» (Свидетельства для проповедников, с. [205.1]).

Это служение причастия в особенной мере предназначено для того, чтобы питаться хлебом жизни и пить воду жизни. «Для таких людей исполняется обетование: «О чем ни попросите Отца во имя Мое, даст вам» (Иоанна 16:23)» (Свидетельства для проповедников, с. [205.1]).

Что значит «исполняется»? Это значит становится реальным. Происходит на самом деле. Является очевидным.

В науке, если мы видим подтверждение чему либо, то знаем, что это истинно. «Для таких людей исполняется обетование: «О чем ни попросите Отца во имя Мое, даст вам» (Иоанна 16:23)». Они будут знать, что это правда.

Цель служения причастия — сделать нас трудящейся церковью. А что это значит? Церковь, которая переживает за спасение людей. Молящаяся, верующая и принимающая благословения церковь.

Члены церкви, которые молились за Петра, не успокаивались до тех пор, пока Петр не присоединился к ним. Они не останавливались, пока работа не была сделана.

Мы могли бы вернуться в историю и рассмотреть множество случаев, когда верующие не переставали молиться за других до тех пор, пока те не были спасены. Елена Уайт сама описывает свой опыт, когда она молилась за своих друзей до тех пор, пока они не обращались — один за другим. Она не останавливалась, пока они не обратились. Она была частью трудящейся церкви, переживающей за спасение людей. Молящаяся церковь, верующая церковь и принимающая благословения церковь.

Вот чего Господь на самом деле требует от нас. Мы должны помнить, от чего мы были спасены, и поэтому стать горящей частью этой трудящейся церкви, которая переживает за спасение людей.

Я молюсь за всех нас, чтобы мы стали такой церковью. Тогда мы обязательно получим поздний дождь, как того хочет Господь.

Питання до проповіді: 
Звантажити: 
ДолученняРозмір
Файл Текст41.23 КБ